greg_frost (greg_frost) wrote,
greg_frost
greg_frost

Глава 11 – Барабанные палочки

Телефонная трубка прерывисто дудела комнатным звуком. Говорят, это нота «ля», хотя, кто ее знает?

– Алло?

– Здравствуйте, а Амальгама дома?

– Кто?

– Ну, знаете, Амальгама, сплав ртути и всякое такое… – Я на секунду растерялся и сказал все как есть: – Этот телефон мне дала одна начинающая писательница, которая так представилась... Очевидно, что это псевдоним, но настоящего имени я не знаю.

Женский голос в трубке, снисходительно улыбнувшись (родители не поддерживают своих детей-писателей до первой изданной книги), мягко сказал:

– Одну секундочку…

Голос отошел от телефона, беззвучно скользя по комнате в мягких тапочках. Я ждал, прислушиваясь к атмосфере чужой квартиры. Многое можно узнать таким шпионским методом: например, если вечером в квартире слышно телевизор, значит там есть человек за 40, а если громко играет музыка, то обитателю квартиры не более 30 лет. Если же вечером тишина в доме, то вся семья, наверное, читает (до 40) или спит (после 55). Долго же они там ходят, видно, квартира большая…

– Да?

– Здравствуйте, это редактор из «Эскудо», помните?

– А, как же, помню… Гинжо Дюмирр, кажется?

– Как вариант… Но это не важно. Я прочитал вашу первую главу и хотел бы ее обсудить.

– Ух ты, здорово! И что вы думаете?

– Лучше не по телефону: авторское право, цензура, спецслужбы и все такое.

Она хихикнула. Над моими словами или над собственными мыслями, я не знаю.

– Нас не прослушивают, мы лояльные.

– Я тоже не диссидент, но каждый раз слышу щелчки после 40 секунд разговора, – я тоже посмеялся для солидарности и, взяв инициативу в свои руки, продолжил: – У меня тут рядом с домом есть ирландский паб с гаргульями…

– «Пинта Портера?»

– Нет, «Радость св. Патрика».

– А, видела... Постойте, но там же нет гаргулий.

– Есть, просто они все внутри.

Если она мизантроп, то улыбнется. Но она не отреагировала – тоже хорошо.

– Но только это далеко от меня. Может быть, встретимся в Бесконечном парке?

– Отлично, он прекрасен весной!

– Да, только вот сейчас лето...

– Тоже сойдет – у нас ведь деловая встреча…

– Да, деловая… Хорошо, тогда давайте завтра вечером, в 8 часов.

– Буду ждать, всего хорошего.

– До встречи.

Я повесил трубку, разорвав связь двух квартир. Взяв со стола китайские палочки от суши, в сладкой бессмысленной задумчивости, я начал барабанить ими мой любимый ритм: бочка, синкопированная бочка, рабочий, бочка, бочка, рабочий…

Потом, неприлично размечтавшись и представив себя в огромном концертом зале, я бросил палочки в толпу поклонников, но попал в мусорную корзину. Неплохо!

Странно, что мы не хотим того, о чем мечтаем: из моего окна звезд обычно не видно, но недавно я оказался в одном отдаленном и уединенном месте, где ночное небо сохранилось в своем первозданном неиспорченном виде, и когда одна из звезд упала, я загадал желание – поскорее вернуться домой.

Вдруг раздался треск телефона, вызывая на прямой разговор по изогнутым линиям телекоммуникационного кабеля, связывающего попеременно одинокие квартиры. Я снял трубку:

– Да?

– Здравствуйте, это я. Мы только что обсуждали книгу и собирались завтра встретиться…

– Да, конечно, я узнал по голосу…

– Ну так вот, завтра будет дождь, и я подумала, что это может повредить обсуждению: вдруг чернила размажет, или кто-нибудь заболеет пневмонией…

Я подумал, что она просто испугалась и теперь подбирает отговорку, но она предложила:

– Может быть, сегодня встретимся?

– Конечно, так даже лучше. К тому же у меня наследственная предрасположенность к гидрофобии.

Она улыбнулась за ширмой дешифратора телефонной трубки:

– Нет такой болезни.

– Еще как есть, вот увидите, – бездоказательно настаивал я, – ну так что, когда встретимся?

– Давайте часа через два в условленном месте.

– Хорошо. До свидания.

– Это не свидание… А впрочем, пусть будет до свидания.

Мы попрощались ненадолго, и я вновь ножницами разрезал тонкую нить, передающую вибрации дрожащих волнующихся голосов.

Я начал быстро собираться: надел свой единственный пиджак и глубоко-фиолетовую рубашку, которые застегнул на N-1 пуговиц (я не ношу галстуки), взял рукопись, но не смог найти достаточно твердую сумку, чтобы не измять листы. Обыскал весь дом, но ничего подходящего не было, я отчаялся, но вдруг вспомнил про старый дипломат с кодовым замком: немного ретроградно и параноидально, но другого варианта не предвиделось. Я достал это чудо агентурной мысли из под кровати и положил туда семь страниц рукописи.

Все было готово, и я вышел из дома, поздоровался с извечными бродягами и отправился в Бесконечный парк.

Несмотря на пафосное название, это, тем не менее, уникальный и амбициозный проект: огромная парковая аллея, почти ровной линией проходящая насквозь через весь город. Географически он направлен из центра города на запад и восток, притом антураж и стиль меняются в зависимости от направления и отдаления от центра: фигуры и статуи из кустарника, модернистские лавочки причудливой формы, красные фонари – маяки для возвращающихся домой на японский праздник мертвых, крашеная вишня и прочее.

Бесконечный парк – это проект одного репрессированного художника, который, конечно, задумывал нечто совсем иное, но популисты из правительства, много лет спустя откопав его чертежи и планы, сделали жителям «подарок», в надежде привлечь туристов и уменьшить дефицит бюджета. И теперь он стал символом города, вызывающий такой же интерес у аборигенов и приезжих, как Эйфелева башня у парижан: свои уже нагулялись, а гости приезжали только ради него, и покидали его просторы в самых разных настроениях, пройдя несколько сотен метров парка или сделав лишь десяток шагов.

Тем не менее, это было отличное место для прогулок: парк сужался и расширялся, пролегая как проспект, или уходя под прикрытие невысоких домов узкой улочки, остроумно козырял небольшими отклонениями в поведении, не поворачивая более чем на 45 градусов. По виадукам и подземным переходам его объезжали машины, троллейбусы и трамваи, а восходящее солнце светило в глаза любителям джиннов и ифритов, и в спину – поклонникам ангелов и демонов.

Если люди назначали встречу в Бесконечном парке, не уточнив где именно (а это было бы не разумно, учитывая длину парка примерно в 10 километров), то предполагалось, что они встретятся в центральной точке и пойдут гулять или на восток, или на запад. Некоторые называли ее «точкой бескультурья», а некоторые подтверждали это название своим поведением.

Конечно, парк не везде был хорош: где-то его прерывали огромные магистрали, где-то он был забит «самостроем», а в некоторых местах и вовсе заброшен. И, естественно, он привлекал всяких маргинальных личностей, ищущих славы и легких (небольших) денег. В каких-то частях парка и вовсе было опасно находиться: на протяжении одной улицы он даже был огорожен решеткой.

Описывая вам парк, я забыл о самом главном – купить цветы. Мгновенно очнувшись от знобящего комфорта подземного транспорта, я вышел на первой попавшейся станции. Немного отойдя от платформы, я приблизился к торговым рядам, поливаемым из шланга, дающего необходимую влагу детям земли, оторванным от экосистемы.

– Одну розу, будьте добры... Вон ту, увядающую... – стыдливо сказал я, чувствуя, как окружающие думают, будто у меня не хватает денег на большее: о, я не беден, не сомневайтесь, по крайней мере, не беднее остальных.

Получив свою бюджетную розу, я отправился в общественный туалет. Там, убедившись, что никого нет, выставил первое колесико дипломата на цифру 0, а остальные два – на 1. Замочек щелкнул, чемодан открылся, и я, ободрав лепестки розы и разломив стебель на несколько частей, положил все это между страницами рукописи – пусть думает, что я романтик-гербарист.

Я посмотрел на часы – нужно поторапливаться: меня ждет Бесконечный парк и приятно-неприятный разговор, в зависимости от того, как эта девушка относится к плагиату.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments