greg_frost (greg_frost) wrote,
greg_frost
greg_frost

Глава 8 – Мусор

5:00. Мусоровоз, как вор, пока все спят, забирает отходы группы людей, которых объединяют только несущие стены, лестницы и двери. Мои соседи не приветствуют мой образ жизни, а я не приветствую их, когда мы случайно встречаемся на ничейной земле – лестничной площадке подъезда.

Странно, сколько мусора мы производим, не замечая этого. Кажется, что главным достижением цивилизации стали мусоровозы-невидимки – акведуки нового Рима.

А я сижу и пишу какую-то статью для издательства, от которой откажусь сразу после финального слова, вложив генотип кукушки в бесполезный набор слов. Что там говорил Калибан про оправдание восхищения бесполезными вещами? Как удобно: никто не найдет меня по имени моих деяний, я буду недоступен для демонов-критиков, ищущих и находящих незадачливых людей, у которых только одно имя.

Пока я не поставил свою подпись, я – альфа и омега, грузовичок-невидимка, подбирающий на свалке никому не нужные слова, вычищающий их до антикварного блеска и выдающий за свои собственные.

Эту статью нужно сдавать завтра (то есть уже сегодня). Простите, но я не могу разделять дни по условному признаку (23:59 – еще сегодня, а через две минуты, в 00:01 – уже завтра). Мне нужно, чтобы потемнело и посветлело: тогда я вижу, кое-что изменилось. «Утро вечера мудренее» (другими словами «завтра мудрее, чем сегодня»), а я не верю в мудрость, приходящую за две минуты, вы уж извините.

Было бы символично, если бы я отправил статью во время кражи мусора, но я не успел: грузовичок поехал к соседнему дому. Я встал, отошел от стола, приблизился к окну, немного отодвинул занавеску и посмотрел на улицу. Черные монахи на своих местах. Эх, если бы они могли говорить честно и красиво?

Как я завидую и даже подражаю их монотонному труду (не бродяжничеству, конечно же). Я тоже пишу в два этапа, которые я называю «Буря» и «Штиль».

«Буря» подразумевает чистое творчество, не зависящее от внешних факторов и обстоятельств. Этот этап очень скоротечный и должен быть использован наиболее продуктивно, без промедлений. Если вам в голову внезапно пришла идея, вы должны все бросить и срочно записать ее: достать из нагрудного кармана (того, что ближе к сердцу) маленький блокнот с привязанной ручкой и писать, писать, черкать, вырывать страницы и вообще быть беспощадным и самокритичным уроборосом (но не замыкающимся в себе).

И вот, проходит минута или две, вдохновение давно исчезло, а вы стоите с записной книжкой, как следователь. Вы начеркали приблизительный фоторобот вашей мысли, обвели мелом ее изменчивые контуры и начертили схему места преступления против литературы. Теперь вам предстоит кропотливое расследование, поиск улик и фактов, опрос свидетелей и подозреваемых. Этот этап можно назвать «Штиль»: вы не знаете, когда и куда подует ветер. Нужно терпеливо ждать, пытаясь взглянуть на обычные вещи под необычным углом.

И какой-нибудь сон в руку с кровообращением, нарушенным тяжелой головой, преклоненной на эту самую руку, вдруг разбудит вас. Вы вскочите, ударитесь головой о полку и выкрикните: «Энигма!» или «Эврика!». Проснувшись, вы аккуратно запишите свой сон, но не на бумагу, а на более ликвидный носитель, соблюдая правила правописания, ломая законы жанра, не нарушая, тем не менее, законы страны, случайно выбранной при рождении и ставшей любимой де-факто. Не стоит также при этом выходить за рамки цензуры (личный совет).

Я еще раз посмотрел на монахов и представил, как какой-нибудь толстый послушник сидит за своей партой и тщательно переписывает и перерисовывает буквы и миниатюры из одной книги в другую. И его абсолютно ничто не волнует: он пишет книгу, а видит фигу (инжир, смоковницу), которая будет на обед. Его ничто не отвлекает от этого важного занятия: ни сомнение, ни творческий кризис, ни ограниченность словарного запаса и патологическая неспособность придумать неожиданный поворот сюжета. Все, что его отрывает периодически от работы, это: бдения, утрени и вечерни (ну и фиги, само собой).

Мне стало тошно, я зашторился от окружающего мира и вернулся к станку. Нужно дописать эту чертову статью, хоть как-нибудь, хоть для галочки. К сожалению, нельзя просто увеличить кегль, как делают некоторые хитрые школьники: у меня квота в число символов с пробелами.

Точно! Нужно вставить диалоги и сделать пометку: «число символов считать по хардкору (ГОСТ Р 7.0.3-2006)». То есть диалоги, конечно, просто так вставить не получится: это все-таки почти научная статья… Но можно собрать их из цитат и монологов, чтобы ученые как бы спорили друг с другом сквозь пространственно-временные преграды (а также преодолевая личную неприязнь).

Только боюсь, ничего не выйдет. Надо быть честным, а не то стану монахом, сломанным копиром, выброшенным на периферию жизни.

Я вернулся, взял себя в руки и дописал статью. Потом с чувством выполненного долга и сопутствующей этому чувству радостью, я вздумал безобидно подшутить над несчастными монахами.

Набрав на компьютере одну строчку, я распечатал ее, скомкал листок, открыл окно и начал прицеливаться в тонзуру одиноко сидящего монаха (двух других я в этот момент не видел). Уже рассвело, и он смог бы прочитать то, что написано на листке бумаги. Но я подумал, что он, возможно, и не догадается его развернуть.

Я вновь сел за компьютер, скопировал эту же строчку много раз, чтобы она занимала всю страницу с обеих сторон. Напечатал, вновь начал прицеливаться в тонзуру, но опять засомневался: предполагаемый автор послания не мог быть таким многословным и не стал бы опускаться до самокопирования, даже чтобы быть услышанным (прочитанным).

Я выбросил второй вариант в квартиру, а первый – на улицу, почти попав в монаха, сидящего на коробке рядом с тлеющими углями костра. Он поежился, по-черепашьи втянул голову в шею и медленно подобрал комок бумаги, отлетевший от него и упавший на землю.

Он не стал разворачивать его и швырнул в костер. Я захотел бросить еще один, но вспомнил про гордость предполагаемого автора. Шутка не удалась...

Но вдруг горящий комок бумаги выкатился из огня прямо к ногам монаха. Кто знает, может, таким образом материализовалась моя идея, и предполагаемый отправитель сообщения стал реальным и повлиял на ход событий?

Наверное, монах удивленно посмотрел на скомканную бумажку – эдакое послание с неба – потушил ее и развернул. Там было написано: «Я вами крайне недоволен. Бог.»

Я отсчитал две секунды с того момента как монах начал читать, и спрятался за занавеску. Я не видел, но должно быть, он после прочтения посмотрел наверх. Хотел бы я взглянуть в этот момент на его лицо.

Внезапно мне стало немного стыдно, и я даже захотел бросить еще одну бумажку со словами: «Извини, я погорячился. Бог.» Но подумав, что от этого мне не станет легче, решил ничего не делать. Лучше я дам ему немного денежек в следующий раз.

А может, на купюре написать слова извинения? Нет, тогда он узнает, что это я регулярно подшучиваю над монахами. Не стоит их злить, вдруг это они защищают мой дом от демонов? Ведь только дома я чувствую себя хорошо...

Да, кстати, я не выкидываю мусор в окно, как вам могло показаться. Этот случай – исключение: я выстрелил, образно говоря, из пневматики в «пневматика». Никто после войны гильзы не считает. Их подбирают дети, а неразорвавшиеся патроны хранят в холодильнике, чтобы не бабахнуло раньше времени. А время, видимо, настанет.

Монахи бы сказали, что придет спаситель, и мертвые встанут из земли. Не буду их разочаровывать, но по-моему, из земли можно будет извлечь только легион вечных гильз, которые сами хоть и из цветных металлов, но могут мгновенно лишить свою жертву всех цветов и красок, подарив вместо них цветы и венки. А еще в земле очень много мусора.

Ровно в 7:00 я пунктуально отправил статью в «Эскудо» и попытался уснуть. Не получилось, и в попытке избавиться от лишней энергии, я решил что-нибудь почитать. Взяв с журнального столика рукопись – первую главу книги «Бог из машины времени», я начал читать то, что написала та странная девушка с татуировками.

Я читал и читал, но все время думал, как бы исправить и изменить то, что уже написано: как будто это моя книга, а не ее. И я решил попробовать написать свою версию завтра, то есть, простите, уже сегодня.

Автор иллюстрации: Криогорий
Subscribe

  • Добро пожаловать на мой кенотаф!

    К сожалению, этот журнал мертв. Если хотите увидеть / услышать / прочитать что-нибудь новенькое, ищите меня в других злачных местах:…

  • Глава 25 – Semiromana

    Наверное, это был сон: я теперь почти не различаю... Во сне все немного медленнее происходит, как в кино... Меня окружали люди и ожидали, что я…

  • Глава 24 – Херес

    Официант зачем-то принес херес, хотя мы и не заказывали. Он долго стоял над душой и вот, услышав знакомое слово, удалился за нашим напитком. – Ересь…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments